Васиштха созывает царское собрание

На исходе той благоприятной ночи раздались голоса бардов и певцов, поющих хвалебные гимны во славу Бхарате, зазвучали барабаны, (сноска 1, 357) в которые били золотыми палками, другие дули в сотни пронзительные раковины, извлекая из них все возможные звуки. Музыка, заполнившая небеса, только умножила печаль Бхараты. Преисполненный горя он поднялся и, повелев всем замолчать, сказал Шатругхне:

— Я не царь! О Шатругхна, взгляни на этих заблудших людей, последовавших примеру Кайкейи! Царь Дашаратха ушел, оставив мне это бремя страданий! Будущее государства, основанного на справедливости, теперь в опасности, словно дрейфующее судно без руля в океане! Нашего всемогущего лоцмана, Рагхаву, мать моя, изгнала в лес, поправ всякую добродетель!

Услышав скорбные слова Бхараты, женщины во внутренних покоях подняли крик. В этот момент в зал собраний Икшваку, построенный из чистого золота и выложенный драгоценными каменьями, подобный залу Судхарме (сноска 2, 357) вошел знаменитый Васиштха, верный царской традиции.

Добродетельный аскет, сведущий в Веде, заняв свое место на золотом сиденье, покрытом превосходной тканью, вышитой благоприятными символами, отдал своим посланником приказ:

— Сейчас же соберите брахманов, кшатриев, министров и военачальников, вопрос великой важности ожидает их. Пригласите также знаменитого Бхарату и Шатругхну, а также других царевичей и Юдхаджита, Сумантру и всех остальных удостоенных сана.

Повсюду звучали крики «Халахала!» тех, кто спешил на колесницах, конях и слонах; затем вошел под шумные приветствия людей и Бхарата, словно Шатакрату, приветствуемый богами или царь Дашаратха в прежние времена.

Зал этот, украшенный присутствием сына Дашаратхи, казался спокойным озером, изобилующим жемчугом, раковинами и песком, полным громадных рыб и змеев, словно сам Дашаратха вновь воцарился в Айодхье.

 

Posted in Рамаяна. Книга II.